BASTION: FÜR DAS GRÖSSERE WOHL

Объявление

гостевая // внешности //нужные
правила // faq и матчасть// анкета // сюжет
Теодесрайх - магический Первый рейх, значительно переживший свой маггловский аналог. Три года назад власть в стране захватил Геллерт Гринделвальд, на корню уничтожив зарождавшиеся ростки всеобщего равенства и демократии. Сейчас в Теодесрайхе господствуют взгляды о неоспоримом превосходстве волшебников над магглами, и многие опасаются, что скоро Гринделвальд захочет подчинить себе и другие страны. Говорят, что магическая Европа стоит на пороге полномасштабной войны. Так ли это? Игра покажет.





GellertAwelinWerner
Май-июнь 1924 года. В Теодесрайхе совершено покушение на канцлера, и эту должность временно занимает Геллерт Гринделвальд. Первой подозреваемой оказывается дочь верховного судьи Авелин фон Придд, но уже две недели спустя ответственность за, как они утверждают, убийство канцлера берёт на себя ранее неизвестная радикальная оппозиционная группировка Фрайзайнмахт. Впрочем, у официальных властей своя версия, и уже вскоре обвинение предъявлено голландскому сепаратисту Франсу ван дер Бринксу, что ставит под вопрос ранее достигнутые договорённости с Данией о создании союзного государства.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » BASTION: FÜR DAS GRÖSSERE WOHL » present » На недельку до второго


На недельку до второго

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Действующие лица: Game Master, István Grindelwald, Cirilla Grindelwald
Место и время действия: 26 мая 1924 года и далее. Для начала Вольная Твердза.
Описание событий: Зачем нужна семья? Разумеется, для того, чтобы её можно было куда-нибудь послать. Ради общего блага, конечно же. Цирилла и Иштван отправляются в Твердзу по приказу старшего брата.

0

2

Как часто Зорана упрекала его неумением вовремя остановиться? Сейчас уже казалось, что по несколько раз на дню, но это, должно быть, были шутки памяти, иначе бы как он смог прожить с ней вместе больше двадцати лет и не сойти с ума? Впрочем, те упрёки не были незаслуженными. Марек действительно увлекался легко и с полной отдачей: и бытовыми мелочами, и вещами, куда более серьёзными.
Вот сегодня, например, решив с утра сварить простенькую микстурку, которую он уже давно обещал соседке, да всё никак не мог собраться, Марек опомнился лишь уже после полудня, когда в рабочий кабинет заглянул мрачный Пржемысл и сообщил, что пришли клиенты, которым втемяшилось обсудить дела исключительно с самим Мареком, а не с его сыном. Да, такое случалось регулярно, и всякий раз Пржемек потом до вечера ходил мрачнее тучи и нудил, что это всё из-за того, что отец не дал ему закончить школу. Ерунда полная. Как будто здесь кого-нибудь волновало, есть ли у него диплом. А если и волновало, то что с того? Вон у Марека никаких дипломов не было, а люди к нему шли. Просто вид у Пржемысла вечно был такой… сомневающеся непрофессиональный, вот и люди в нём тоже сомневались, хотя, справедливости ради, парень был толковый. Потолковее иных остолопов с дипломами.
Прикинув по цвету, что зелью, за которым застал его Пржемек настаиваться ещё не меньше получаса, Марек кивнул и как был - в рабочей, чем только не заляпанной мантией, пошёл смотреть, кого там на этот раз принесло.
Его ждали двое - парень одного с Пржемыслом возраста и женщина постарше. Мать, что ли? Неплохо она для матери такого увальня выглядит. Или нашла себе молодого ухажёра? С кривой усмешкой прикидывая, за чем к нему могла бы пожаловать эта парочка, Марек подошёл поближе.
- И чем же я вам могу помочь? - с некоторым весьма условным намёком на вежливость, спросил он. - Только давайте сразу к делу, а то у меня семитравник на огне стоит - не прозевать бы.
Привычки расшаркиваться перед клиентами у Марека не было. Репутация среди местных позволяла ему не церемониться с каждым встречным. Люди знали, что на него можно положиться и шли к нему не за льстивыми словами. А неместные… Ну, если они вдруг расстроятся от того, что где-то в Твердзе их не облизали с головы до ног, то шли бы они отсюда. Без них лучше.
Пржемек тем временем скрылся за прилавком, где стал усиленно изображать напряжённую деятельность. Что-то доставал, рассматривал, пересыпал, убирал обратно, записывал, покусывая перо. Кто-нибудь мог бы и поверить, но Марек прекрасно знал, что показушник изображает профессионала, которого в нём не разглядели, и только и ждёт удачного момента, чтобы вставить какое-нибудь весомое замечание.

+1

3

Может быть и существовали специальные труды, которые доказывали бы безопасность оборотного зелья, Иштван их в глаза не видел. Да и потом, покупая его с рук, всегда рискуешь: а вдруг зельевар сэкономил на ингредиентах или недостаточно долго вымачивал златоглазки. Поэтому Гринделвальд, не мудрствуя лукаво, переложил добычу состава на Цириллу, золотая нашивка обычно отбивала у людей желание продать ее носителю некачественный продукт, и можно было надеяться, что оборотка и в самом деле будет лучшим, на что можно рассчитывать. Использовать ее по назначению Иштван, разумеется, все равно не стал: во-первых, если беседа затянется, то они с сестрой могут вызвать некоторые подозрения, синхронно прикладываясь к своим флягам, во-вторых, чего добру пропадать, когда можно воспользоваться копированием пусть не таким точным, зато многоразовым и дающим уверенность, что в самый неподходящий момент от зелья не прихватит желудок. В общем, настало время использовать медальон, на долю которого до тех пор сложных испытаний не выпадало. Цилле, конечно, совсем не обязательно было вникать в подробности, у нее было множество других забот.
Разработать план операции, например. Иштван даже готовился лениво поспорить, доказывая, что ни к чему усложнять себе жизнь, и если кто-то берется за небольшое вознаграждение достать необходимое, то стоит поддержать малый бизнес и этим предложением воспользоваться, поторговавшись разве что для вида - но спорить не получилось, кажется сестра придерживалась ровно того же мнения. Видимо, Геллерт не разделял его - посылать на рынок, каким бы черным он ни был, за покупками двоих было, пожалуй, слишком - но напрямую ничего не запрещал и свои тактики не навязывал, а значит, стоило попробовать.
собственно, план пока работал без нареканий. Они перешли границу, аппарировали в Твердзу, нашли нужного человека и попросили с ним встречи. Нужный человек не отличался гостеприимством, конечно, но этого от него и не требовалось: это только для самых серьезных переговоров нужен чай, кофе или что покрепче, не для того чтобы пить, а так, посуду в руках повертеть, им же предстояла самая обычная купля-продажа. Продавец что-то спросил по-польски. К сожалению, с польским у Иштвана не заладилось, но смысл у вопроса мог быть только один. Гриндевальд посмотрел на сестру, но та молчала, видимо говорить предполагалось ему, так что он пожал плечами и ответил по-английски.
- Вас рекомендовали. Как человека, который может добыть редкий и ценный товар, которого нет в свободной продаже.
Иштван очень надеялся, что сестра владеет английским в достаточной мере, чтобы, в случае необходимости поддержать разговор. Точнее, ему было почти все равно, он все равно не мог бы выбрать другой язык: немецкий и венгерский были бы, если судить по той небогатой информации, которую они получили перед выходом, явно мимо, а французский, когда его учишь по книгам, хорошо потом смотрится разве что в виде пафосных статей, но никак не в разговорном жанре. Кроме того, зельевар не смахивал на полиглота, а английский, как ни прискорбно, уверенно занимал место универсального международного средства общения.
Наверно, стоило бы сначала послать письмо. Да, может идея выглядела немного странной, но почему бы она должна быть неосуществимой? При желании, его даже отследить не смогут, а если и смогут, так что такого? Кажется, эта заряженная водичка все еще не была внесена в реестр запрещенных зелий. Кроме того, переписка избавила бы от увертюр с навязывающим себя для переговоров сыном и от объяснений в присутствии оного сына прямо сейчас. Впрочем, кажется, самого зельевара присутствие лишнего человека при приватном разговоре ни капли не беспокоило. Иштван тоже не видел смысла утруждать себя лишними волнениями, поэтому, перестав поглядывать на лишнего, наконец изложил.
- Речь об эликсире философского камня. Необходимы три унции до завтрашнего утра. Аванс двадцать пять процентов, остальное при получении товара. Оплата галеонами, - эти детали  они не обсуждали, но деталей всегда и без того было предостаточно в его голове, и не жаль поделиться. - Раз условия вам подходят, обсудим цену?

0


Вы здесь » BASTION: FÜR DAS GRÖSSERE WOHL » present » На недельку до второго