BASTION: FÜR DAS GRÖSSERE WOHL

Объявление

гостевая // внешности //нужные
правила // faq и матчасть// анкета // сюжет
Теодесрайх - магический Первый рейх, значительно переживший свой маггловский аналог. Три года назад власть в стране захватил Геллерт Гринделвальд, на корню уничтожив зарождавшиеся ростки всеобщего равенства и демократии. Сейчас в Теодесрайхе господствуют взгляды о неоспоримом превосходстве волшебников над магглами, и многие опасаются, что скоро Гринделвальд захочет подчинить себе и другие страны. Говорят, что магическая Европа стоит на пороге полномасштабной войны. Так ли это? Игра покажет.





GellertAwelinWerner
Май-июнь 1924 года. В Теодесрайхе совершено покушение на канцлера, и эту должность временно занимает Геллерт Гринделвальд. Первой подозреваемой оказывается дочь верховного судьи Авелин фон Придд, но уже две недели спустя ответственность за, как они утверждают, убийство канцлера берёт на себя ранее неизвестная радикальная оппозиционная группировка Фрайзайнмахт. Впрочем, у официальных властей своя версия, и уже вскоре обвинение предъявлено голландскому сепаратисту Франсу ван дер Бринксу, что ставит под вопрос ранее достигнутые договорённости с Данией о создании союзного государства.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » BASTION: FÜR DAS GRÖSSERE WOHL » archive of episodes » I'm gonna give all my secrets away


I'm gonna give all my secrets away

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

--
Действующие лица: István Grindelwald & Anna Pavlova
Место и время действия: Вена, конец апреля, около пяти часов вечера
Описание событий: Настало время раскрыть все секреты, о которых приходилось молчать долгое время.

0

2

Вообще-то Иштван не был из тех людей, кто уделял работе все свое время. Нет, ему, конечно, нравилось в отделе, в некотором роде, можно сказать, он любил свою работу, но прекрасно понимал, что всякую любовь безжалостно убить можно посвящая ей всего себя. Может быть, именно поэтому Иштван не достиг в своей карьере тех успехов, которые достиг брат. А может быть потому что не спешил ударить кому-нибудь особо зазевавшемуся в спину. Как бы то ни было, он не слишком переживал о том, что из всех отпрысков семейства Гринделвальдов был самым посредственным. Зато у него оставалось время для нормальной и даже местами веселой жизни, которой он с удовольствием и занимался.
Например, сегодня у него была назначена еще одна встреча с этой приятной русской мадемуазель. Гринделвальд ничего не имел против русских и ничего не имел против мадемуазелей. Он великодушно оставлял идеологические вопросы тем, у кого было желание ими заниматься, и в беседах горячо поддерживал ту точку зрения, которая на данный момент была актуальна. Кажется, на данный момент страна не доверяла иностранцам. Ну и пусть, Иштван вовсе не собирался доверять Анне, но она была неглупой и красивой, и оба эти фактора позволяли неплохо проводить время в ее обществе. Он даже не помнил толком, почему им вообще случилось познакомиться. Это была одна из таких странных случайностей, которые порой и определяют весь ход жизни, но и судьбоносным это знакомство не было. Во всяком случае, пока что. С тех пор они встречались - не то чтобы часто, и все же не так уж и редко - разговаривали на разные, ни к чему не обязывающие темы. Иштван не помнил, сколько успел ей наврать о себе, о своей семье, о работе, потому как работа была непосредственно связана и с ним, и с семьей. Но, наверно, немало. Впрочем, это не слишком его огорчало, от русской мадемуазель он тоже не требовал откровенности и не проверял сказанное ею на правдивость, так что они были на равных.
Он еще издалека приветственно кивнул девушке, которая как раз обернулась.
- Давно ждешь? - вопрос скорее из вежливости, чем из искреннего интереса, но как-то же начинаются все эти разговоры. - Пришлось задержаться. Вся эта суета вокруг политики...
Он не закончил фразу. Суеты в последнее время хватало на всех, поэтому и пояснений особенных не требовалось. Если бы потребовались, то пришлось бы что-то придумывать, потому что то самое время, на которое пришлось задержаться, было посвящено общению с дорогим старшим братом, точнее, выпрашиванию у того права появляться с исследовательскими интенциями в только что открытом Нурменгарде. Иштвану сразу понравилось это место, душевное такое, эти каштаны вокруг опять же... Но Анне о таких подробностях знать было совершенно ни к чему. Очередной порыв по-весеннему холодного ветра заставил его поднять воротник мантии.
- Погода просто шепчет... Может, зайдем куда-нибудь?

+1

3

Вот уже полтора года Анна жила в Вене и потихоньку начала привыкать к местным порядкам и к самому городу. К списку любимых мест добавилось элитное ателье "Гольдфаден" (в котором ей начали делать большую скидку как постоянному клиенту), кафе, славившееся своим превосходным яблочным штруделем (по просьбе фройляйн Павловой они даже убирали оттуда изюм) и книжный магазин. Постепенно работа, которую Анна считала шуткой и плевком в ее покрытое веснушками лицо, стала любимой и Анна даже начала писать свои статьи с большим удовольствием. Вот сегодня она написала заметку о модном зеленом цвете и дала рекомендации модницам, касающиеся того, какие оттенки зеленого лучше выбирать. Ожидая Иштвана и смотря на проходящих людей, она цепляла глазом то, как одеты девушки и отметила про себя, что колонка 'фройляйн Анны' имеет большой успех. Вот прошла невысокая блондинка в бордовом шарфе, а вот - брюнетка в новом темно-синем плаще, явно вдохновившись одной из предыдущих статей. Осознание того, что она принимает участие в формировании модного облика Теодесрайха еще больше подняло настроение юной особе. К тому же, она и до этого была в прекрасном расположении духа, не без участия Иштвана.
Ее с Иштваном свел случай, иначе Анна это никак не может назвать. В его лице она обрела интересного друга, который, в отличии от ее многочисленных поклонников и женихов, мог ее действительно развлечь. С ним Анне Александровне было интересно, да и неплохо, когда есть с кем позавтракать перед работой или выпить горячий шоколад после тяжелого рабочего дня.
Пытаясь освоиться в Теодесрайхе, Анна с каждым днем совершенствовала свое умение врать. Это касалось и ее большой симпатии к талантливым магглам, и к тайным поездкам в Париж через Лондон, куда ей официально был разрешен въезд. Так, наслаждаясь свежими круассанами в кафе 'Le Procope', Павлова без угрызения совести читала местную прессу. Там таинственный корреспондент, который творил явно под псевдонимом, в красках описывал, что происходит в Теодесрайхе. Данные с места событий - вот что нужно было любопытным парижанам. Анну же волновал вопрос, кто же этот таинственный корреспондент, который, к тому же, так хорошо пишет. И похоже, фройляйн догадалась. Нельзя сказать, что ее догадки достоверны, но складываясь вместе, они возвышали нового друга в глазах Анны. А вот и он, кстати.
- Велика была вероятность, что я превращусь в одну из отцовских мумий, - отшутилась Анна. В любой другой ситуации она бы вежливо заявила, что только что пришла - не извиняйся, работа есть работа. Давай где-нибудь поужинаем? Я давно не ела, а ты меня знаешь: если я голодная, то я ужасный собеседник.

Отредактировано Anna Pavlova (2017-05-04 23:28:56)

+1

4

Анна не была похожа на мумию. Как и не была похожа на человека, который уже направлялся к этому состоянию. На всякий случай, он еще раз оглядел девушку, не особенно стараясь делать это скрытно. Нет, определенно не мумия.
- Это значительная заявка на бессмертие, разве нет? Знаешь, многие серьезные и занятые люди тратят свое драгоценное время на эту штуку, а ты бы обошла их на повороте, не без моей помощи, конечно.
Он мог бы разглагольствовать дальше, если бы вовремя не понял, что как-то слишком опасно близко подошел к тому, о чем не следовало не то что говорить - даже думать лишний раз. Нет, Иштван вовсе не был подвержен суевериям вроде того, что сильный легилимент может подслушать мысли из-за угла или еще что-то такое, во что, кажется, скоро начнет верить каждый второй, если геллертовы песики будут отрабатывать свое жалование по полной. Он знал, как на самом деле работает ментальная магия. Но еще он знал, как работает алкоголь, да и просто внимательный и сочувствующий собеседник. А если брат узнает об интересе, то... Кто его знает, что случится. Скорее всего, что-нибудь такое, что похоронит надежду когда-нибудь дотянуться до этой палочки. Исключительно академический интерес, разумеется...
Как бы то ни было, Анна не стала зацикливаться на теме, а перешла к вопросам куда как более насущным, и Иштван кивнул в ответ.
- Конечно.
Сам он только сейчас понял, что тоже ел довольно давно, просто забыл об этом за занятиями более интересными, но раз уж пришло время ужина, то нельзя отказывать себе в простых человеческих радостях. Гешвиррплац, на котором они встретились он знал неплохо, и поэтому свернув почти в случайное заведение, был абсолютно уверен, что не прогадает с кухней. Людей было немного, несмотря на выходной день, который был выходным, увы, не для всех. Свободный столик нашелся легко. Изучение меню тоже не заняло много времени, как не занимало никогда, когда Иштван был по-настоящему голоден: он просто заказывал первое, на чем останавливался взгляд, так поступил и на этот раз, после того, как свой заказ сделала Анна. Дождавшись, пока официантка оставит их в покое, он наконец смог уделить все свое внимание девушке. Долго придумывать тему для разговора не пришлось, она витала в воздухе с самого начала апреля, обсуждалась всеми и везде, осторожно обсуждалась, и все же слухи порождала самые невероятные. Слухи, касающиеся Нурменгарда, Иштвану нравились ничуть не меньше самого Нурменгарда, поэтому у него не было оснований предполагать, что Анна не привнесет в его копилку еще несколько великолепных экземпляров. У нее были для того все возможности: как у журналиста и как у иностранки.
- Какие-нибудь новости из-за пролива? Как им понравилась наша новинка?

+1

5

Анна нахмурила лоб, изображая серьезного задумчивого ученого, который с интересом вникает в теорию своего коллеги.
- То есть, герр... - Павлова собиралась использовать фамилию Иштвана, но пришла к другому странному выводу, - как твоя фамилия? Не могу вспомнить. Ну да ладно, - махнула рукой Анна, вновь вернувшись к образу задумчивого ученого и решив вернуться к вопросу с фамилией Иштвана попозже, - то есть вы считаете, что пока выдающиеся умы человечества бьются над проблемой вечной жизни,
мы с вами ее решили, просто решив встретиться, хорошо провести время и поесть штрудель? Если такой секрет бессмертия, то нам необходимо выполнить все вышеперечисленные действия и сесть за научную работу. Я вас укажу в качестве своего соавтора.

Хоть у Анны были уже любимые заведения, никогда не мешало попробовать что-то новое, особенно если цель визита - не гастрономические изыски, а приятное время с хорошим другом. Навык просмотрового чтения был доведен до автоматизма после изучения различных источников, а потому фройляйн Паловой не составило труда быстро просмотреть меню, отбросив нелюбимые блюда и остановившись на том, что могло оказаться вкусным с учетом ее собственных предпочтений, таланта повара и, будем надеяться, хорошего настроения маэстро. Ох, сколько раз Анна сама убеждалась, что нельзя готовить в плохом расположении духа: дрянь получается редкостная, еду можно использовать как оружие массового поражения.
Тут Иштван заговор о последних новостях. Анне порой так и хотелось выдать что-то вроде "да, дружище, видела твою статью, это превосходно", но пока надо было молчать. Так же интереснее, раскрывать правду постепенно, слой за слоем.
- О, 'Daily Prophet' просто превосходит самих себя. Они, к слову, не обладают никакими достоверными источниками, их статьи - исключительно пересказ статей из 'France Magique', но я всегда говорю: умение красиво пересказать - тоже искусство. Особенно нравятся их заголовки, которые дают четкое представление о том, что Вена - цитадель вселенского зла.
Более детальное обсуждение заставило фройляйн Павлову чуть понизить голос. Нет, она не думала, что агенты правительство внимательно слушают все разговоры во всех ресторанах, однако ей не хотелось привлекать к себе внимание. И так за границу выпускают, скрепя зубами.
- Там писали о бесчеловечных опытах над заключенными. Мол, ведутся какие-то магические исследования. Прорыв в магической науке обеспечен, есть одно "но": чтобы приготовить омлет, придется разбить пару яиц. Тебе что-нибудь известно об этом? Звучит не очень правдоподобно, но французы поговаривают о наличии очень надежных источников. Здесь, в Теодесрайхе.

0

6

Ах да, фамилия. Как же Иштван все время забывал упомянуть ее? Надо же, какая неприятность... Что же делать? Видимо, оставаться при своих, тем более, что Анна от неловкой попытки выяснить уже вернулась к изначальной теме. Он одобрительно улыбнулся и с самым философским видом поддержал.
- Воистину так решаются все проблемы, увы люди предпочитают этого не замечать, изыскивая все более и более изощренные способы их преодоления, в то время, как обычный штрудель творит чудеса. Впрочем, обычный, пожалуй, нет, а венский - вполне. Но знал бы об этом, скажем, Фламмель, мир остался бы без философского камня, верно? Старик бы просто изобретал новые рецепты штруделя.
Британцы, значит, и в самом деле не упустили новость. Разумеется, ничего другого от них не следовало и ожидать. Ну разве что не такого всепоглощающего желания смотреть Франции в рот. Кто там сейчас держит эту их главную газету? Разве не какие-нибудь британские аристократы, которые, может, не на словах, но про себя уж точно вполне разделяют политику Теодесрайха? Неужели англичане наконец официально определились с позицией, и определились совсем не в ту сторону? Если Британия объединится с Францией, у Геллерта будут проблемы, но господа, доставляющие информацию с островов пока молчали о таких планах. Это казалось таким маловероятным, но нужно было проверить лично, только достать бы пару газет для начала. Он рассеянно кивнул Анне, продолжая одновременно думать над тем, почему английская пресса так не вовремя вдруг почувствовала свою общность в французской.
- Им просто не хватает хорошего автора. Почему бы тебе не попробовать написать что-нибудь для них?
Он и сам планировал замахнуться на "Пророк". Только ждал подходящего момента, темы. Нурменгард мог бы подойти, но не сейчас, позже, когда всем надоест наконец мусолить то, что опубликовали французы. Вот тогда новая освежающая порция лжи, тщательно перемежающейся с правдой в столько слоев, сколько бывает в тесте хорошего штруделя, взбодрит всех. И опять пойдут слухи, но на этот раз не такие опасно близкие к сути дела, а намного более абсурдные, и тем правдоподобные. Надо было обсудить эту перспективу с Геллертом, но пока что было откровенно лень. А еще неплохо было бы узнать автора той самой французской статьи и его источники.
- Заголовки? Какие именно? И... - Иштван заставил себя вернуться мыслями сюда, в самое сердце империи зла, оглянулся, наклонился ближе к девушке, опершись о стол локтями, - не боишься в самом центре Вены признаваться, что увлекаешься французской прессой и регулярно ее читаешь?
Анна тоже понизила голос, и правильно сделала. Как раз вовремя, потому что к столу прибыла заказанная еда, разумеется, в комплекте с официантом и его парой ушей, которые могли оказаться довольно любопытными. Если Тройвахе должно было получить информацию о том, что кое-кто в стране слишком хорошо осведомлен о содержании французских газет, Иштван предпочел, чтобы узнавали они из надежного источника, то есть от него, а не кого-нибудь еще. Он пододвинул к себе тарелку и, казалось, полностью погрузился в процесс поглощения пищи, однако, помолчав еще некоторое время после того, как официант ушел, переспросил негромко, не поднимая от тарелки взгляда.
- Веришь в эти слухи?
Правдоподобные или нет, люди их пересказывали и с каждым разом обогащали чем-нибудь новым. Это и было в слухах самое лучшее: они были не просто ложью, они были живыми. Настолько, что иногда совершенно случайно оказывались правдой. Иштван чуть не подавился тем, что ел, и укоризненно взглянул на Анну.
- Мне? Я что, похож на Гринделвальда? Потому что кто, кроме него, знает достоверную правду о Нурменгарде?

0


Вы здесь » BASTION: FÜR DAS GRÖSSERE WOHL » archive of episodes » I'm gonna give all my secrets away